В общей сложности на госвложения пришлось примерно две трети годовых затрат (63,4 процента). Таким образом, доля государства продолжила сокращаться: в 2024 году показатель оценивается в 65 процентов, а в 2023 году — в 66,6 процентов. Доля бизнеса во внутренних затратах составила 33,4 процента или почти 0,7 трлн руб. ($24,2 млрд). В 2024 году вклад бизнеса увеличился с 30,6 процента до 32,2 процента. На прочие источники (средства вузов, некоммерческих организаций, иностранные средства) пришлось 3,2 процента (68,6 млрд руб.). Напомним, согласно Стратегии научно‑технологического развития РФ, уровень частных инвестиций к 2035 году должен быть не ниже государственных.
Отметим, что данные за 2025 год учитывают выполнение исследований и разработок крупными, средними и малыми научными организациями, включая микропредприятия; за 2024 и 2023 годы — только первыми двумя группами. С учётом лишь крупных и средних организаций (на них пришлось 94,6 процента затрат на науку) в 2025 году доля госфинансирования составила 65,6 процента, средств бизнеса — 31,9 процента.
По масштабам финансирования исследований и разработок Россия заняла восьмое место в мире. На первой строчке расположился Китай (вторая экономика в мире по номинальному объёму ВВП — $20 650,75 млрд), на второй — США (первая экономика в мире — $31 821,29 млрд), на третьей — Япония (пятая экономика в мире — $4 463,63 млрд). Для справки: на третьем месте в мире по номинальному объёму ВВП — Германия ($5 328,18 млрд), а на четвёртом — Индия ($4 505,63 млрд). При этом, как отмечается в ИСИЭЗ, в странах, возглавляющих рейтинг, основным источником расходов на науку является бизнес (его доля — свыше 60 процентов). Примером этому является группа компаний долларового триллионера Илона Маска в США: SpaceX, Tesla, OpenAI и другие.
Самый существенный вклад предпринимательского сектора — в Китае (79,5 процента), Южной Корее (78,5 процента), Японии (77,5 процента). В США этот показатель составляет 68,7 процента, а в Германии — 62,6 процента. Даже в замыкающих десятку Индии и Турции на этот источник приходится больше, чем в РФ, — 40,8 и 53,8 процента соответственно. Китай также занимает первое место по абсолютной величине затрат бизнеса на науку ($817,3 млрд). Россия по этому показателю — на десятой строчке ($24,2 млрд) и на девятом месте по номинальному объёму ВВП в мире ($2 509,42 млрд), а по объёму ВВП с учётом покупательной способности Россия — на 4‑м месте в мире ($7,53 трлн).
Несмотря на то что госфинансирование в США и Китае приходится лишь на 19,3 и 16,8 процента соответственно, по абсолютной величине инвестиций ($194,5 млрд и $171,3 млрд соответственно) эти страны лидируют с большим отрывом. Третье место по этому показателю занимает Германия ($56,0 млрд), а четвёртое — Россия ($45,9 млрд).
Науку и технологию VI мирохозяйственного уклада практически все страны и эксперты рассматривают как главный драйвер современного развития. В России в сфере науки занято почти 0,8 процента всех работающих в народном хозяйстве, и создаётся 1,4 процента валового внутреннего продукта.
По результатам за 2025 год Россия заняла восьмое место в мире по объёму научных исследований и разработок. Внутренние затраты на исследования и разработки в расчёте по паритету покупательной способности составляют 66,9 млрд долларов США. Численность исследователей — на шестом месте в мире: 382,2 тыс. работников. Количество публикаций в журналах первого и второго уровня «Белого списка» — более 87 тысяч. Число заявок на патенты, изобретения и промышленные образцы — почти 37 тысяч. Внедрено более 200 тысяч новых технологий.
Вместе с тем финансирование российской науки, по оценкам РАН и министерств РФ, сталкивается с комплексом проблем, которые затрагивают как объём вкладываемых средств, так и механизмы их распределения, эффективность использования и взаимодействие с другими секторами экономики.
Основными проблемами в условиях перехода к шестому технологическому и мирохозяйственному укладу называются следующие:
- Недостаточный общий объём финансирования. Доля затрат на исследования и разработки в ВВП остаётся низкой — примерно 0,9–1,13 процента. Это ограничивает возможности для развития инфраструктуры и привлечения высококвалифицированных кадров в научно‑исследовательские организации. Финансирование российской науки оставляет желать лучшего: количество НИИ снижается, не хватает средств на закупку современного оборудования и текущее его обслуживание. При этом министерства РФ ставят задачу, начиная с 2028 года, занять ведущее место по объёму научных исследований и разработок среди ведущих стран мира.
- Дисбаланс в структуре финансирования. Наблюдается сокращение доли фундаментальных исследований при росте прикладных исследований и практических разработок. При этом бизнес‑сообщество крайне сдержанно и без необходимого ускорения финансирует фундаментальную науку из‑за отсутствия быстрой коммерческой отдачи, высоких банковских процентов и того, что её результаты обычно публикуются в научных, ВАКовских и других журналах, но не патентуются.
- Необходимость упорядочения механизмов распределения средств. В ряде случаев финансирование оформляется в обход и без учёта экспертизы РАН, отрицательного заключения и т. п.
- Слабая интеграция науки, высшего профессионального образования (аспирантуры, докторантуры, НИИ) и реального сектора экономики. Промышленность и наукоёмкие производства слабо заинтересованы в результатах научных исследований, часто используют свои научно‑конструкторские разработки, что ограничивает возможности коммерциализации разработок. Взаимодействие между НИИ и бизнес‑сообществом пока налажено слабо и недостаточно вознаграждается.
- Сложности с привлечением частных инвестиций и частно‑государственного партнёрства. Как правило, бизнес готов вкладываться в основном в прикладные и быстроокупаемые проекты (как и банковские кредиты). Фундаментальные исследования, которые дают прорывные технологии, остаются вне зоны его интересов. Привлечение иностранных инвесторов затруднено из‑за высоких экономических рисков, связанных с нестабильностью экономической ситуации и международными санкциями.
- Недостаток действенных стимулов. Отсутствуют эффективные долговременные налоговые льготы и изменения налоговой политики в части внедрения новых технологий, механизмы софинансирования, которые могли бы мотивировать бизнес‑сообщество и частных инвесторов.
- Вопросы с прозрачностью, эффективностью использования средств и контролем за их движением. Отсутствуют чёткие критерии оценки конечных и промежуточных этапов и результатов исследований и подготовки проектов, что затрудняет распределение и контроль движения средств.
- Региональное и отраслевое неравенство. Поддержка академической, отраслевой и вузовской (университетские кампусы) науки и высших научных достижений, а также финансирование сосредоточены в Центральном федеральном округе, а точнее — в Москве, в то время как другие регионы отстают в развитии исследований и разработок.
Эти проблемы создают в научном и научно‑техническом ускорении развития страны определённый системный вызов. Они тормозят научно‑технологическое развитие экономики, отраслей народного хозяйства и регионов, снижают конкурентоспособность отечественных разработок, фундаментальных и прикладных исследований, затрудняют привлечение в науку молодых учёных, а также снижают действенность и отдачу государственных и общественных академий наук.
Для решения этих вызовов требуется комплексный подход, научный, государственный и общественный контроль и экспертиза в целом научной деятельности, тематических планов и результатов внедрения, сокращение бюрократических расходов на бумаготворчество, обсуждения, согласования и неэффективные затраты — за счёт укрепления связей науки с производством и в целом с реальным сектором экономики, использования комплексных планов социально‑экономического развития, а также создания научно‑производственных организаций, базовых кафедр на производстве и в НИОКР, бизнес‑инкубаторов, учебно‑научных кампусов, научно‑производственной аспирантуры и консорциумов.
По материалам газеты «Коммерсантъ» от 17.09.2026 г., прессы и данным статистики.
Экономическое отделение ПАНИ

