Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

deti siroty v bolnice

Интервью дает – член ПАНИ, руководитель секции «Психология», главный редактор журнала Scientific Welle, психолог Отделения по содействию семейному устройству ГБУ ЦССВ «Южный» Барабанов Родион Евгеньевич. Вопросы задает – член МО ПАНИ, Дмитрий Чистовский.

- Чем занимается Ваш Центр?

- Центр содействия семейному воспитанию «Южный» Департамента труда и социальной защиты населения города Москвы – это учреждение, образованное путем объединения двух московских детских домов в июне 2015 года. Миссия нашей команды заключается в том, чтобы каждый из ребят, проживающих в нашем Центре, нашел свою семью (тут можно пояснить, что их 3 – опека, усыновление, приемная семья), ведь проживание в условиях обезличивающего режима сиротского учреждения и информационно бедной среды крайне негативно сказываются на их развитии. Для достижения этой цели, мы работаем в нескольких направлениях. Сначала мы разыскиваем кровных родственников наших детей и, если это имеет смысл, делаем все, что в наших в силах, чтобы восстановить семейные связи с ними. Если же работа с кровными родственниками невозможна или не перспективна, то мы ищем других кандидатов в замещающие родители, ведем работу по подготовке принимающих семей к детям, а детей к замещающим семьям. Своих детей мы не бросаем и ведем их даже после выпуска из Центра, сопровождаем их на всех стадиях адаптации к семье. Психолог, социальный педагог, специалист по социальной работе и юрист всегда на связи и готовы прийти на помощь.

- Какие дети проживают и воспитываются в Вашем учреждении?

- Наши воспитанники – это мальчики и девочки от 3 до 18 лет, которых органы опеки и попечительства изъяли из семей, потому что домашняя ситуация угрожала их жизни и здоровью. Есть дети, чьи родители погибли или находятся в местах лишения свободы. Но чаще всего, родители наших детей – это люди, которые ходят среди нас, ездят с нами в метро, мы можем встретить их в магазине или в парке. Но у них есть один секрет. Они употребляют. Употребляют так, что забывают заботиться о своих детях. Так дети оказались в нашем Центре. Большинство наших детей – это сироты при живых родителях.

Младших детей хорошие люди забрали в хорошие семьи, так что сейчас у нас живут в основном подростки. За подростками приходят редко. И это, на мой взгляд, ужасно несправедливо. Все они также мечтают обрести семью и совершенно точно этого заслуживают! Не смотря на тот по-взрослому тяжелый путь, который они прошли, они все еще остаются детьми, хотят ласки и заботы.

- Какие на жизни детей сказывается то, что они пережили в своей жизни?

- Наши дети – дети «трудные», с травматическим опытом жизни и воспитания в кровной семье или в сиротских учреждениях. Им приходилось быстро учиться, чтобы выжить в условиях угнетающего индивидуальность режима казенного заведения, в условиях пренебрежения их чувствами и потребностями. Когда не знаешь, кто свой, а кто чужой, а доверять нельзя ни детям, ни взрослым. Ты одинок… Наедине со своими переживаниями и мыслями, а за стенами учреждения огромный опасный мир, готовый проглотить тебя. Им пришлось научиться скрывать свои чувства, чтобы никто не посчитал слабым, научиться врать, чтобы избежать наказаний. Так что встречается многое: воровство, агрессивность, ложь, зависимости. Но нужно понимать, что трудное поведение ребенка – это всегда реакция на что-то или вопрос привычки. Ведь ребенок ведет себя агрессивно не потому, что он рожден злым. Всегда за этим скрывается что-то другое, например, неумелые попытки самому не стать жертвой насмешек. Трудное поведение это то, что на поверхности, то, чему научил горький опыт, а внутри прячутся искренние чувства, которые все эти годы копились и береглись, потому что их некому было доверить. И еще таланты, которые невозможно было реализовать, потому что все силы тратились на то, чтобы не сойти с ума от тоски и чувства вины. Получается, что не дети «трудные», а жизнь у них была трудная. Спустя год или два, проведенных в семье, готовой вместе с ребенком справляться с трудностями и залечивать душевные раны, дети расцветают. Конечно, это происходит не сразу. Но проверено и доказано, что в благоприятных условиях, дети показывают потрясающую динамику роста и развития.

- Существуют ли стереотипы в отношении таких детей?

- Многие ошибочно вешают на этих детей ярлыки наркоманов, потенциальных преступников и пропащих людей, опасаются «генов» и «диагнозов». В самом деле, тут редко можно встретить абсолютно здорового ребенка. Встречается и социально-педагогическая запущенность, и задержка психического развития, и аутоагрессия, а также психосоматические заболевания. Но имеют ли отношение к этому гены? Или это всего лишь очевидное последствие пренебрежения в сиротских учреждениях, последствие жестокого обращения со стороны собственных родителей или травмы в результате утраты своей семьи? Опыт семейного устройства подтверждает, что через несколько лет жизни в любящей и заботливой семье порой проходят даже хронические болезни.

Для разрушения этих стереотипов мы проводим различные мероприятия совместно с детьми и потенциальными приемными родителями, дни открытых дверей, игры и мастер-классы. Для того, чтобы была возможность в непосредственной обстановке пообщаться и увидеть за навешенными ярлыками самих детей. И у детей есть возможность узнать потенциальных родителей, задать им свои вопросы. На этих встречах мы играем в игры, все вместе печем что-нибудь, пьем чай, общаемся, узнаем друг друга, снимаем свои маски и становимся собой.

Я сам часто сталкиваюсь с этими стереотипами. Часто спрашивают: «Зачем ты там работаешь?». Отвечаю. Работаю, потому что всем сердцем и душой верю в этих детей и в каждом из них вижу спрятанные сокровища, нужно только найти карту и ключ. Работаю, потому что знаю, как сделать их жизнь лучше. Работаю, потому что не могу бездействовать, зная, что где-то есть дети без дома, без родителей, без шанса на счастливое будущее.

- Как дети воспринимают то, что их кто-то хочет взять под опеку или усыновить?

- Осторожно относятся. И это понятно. Если родные мать или отец бросили ребенка в роддоме, или не бросили, но регулярно пренебрегали его потребностями, как он может относиться к посторонним людям, которые хотят принять его в свою семью, помочь? С непониманием. Но у нас реализуется специальная программа, направленная на обеспечение психологической готовности детей к устройству в семью и на формирование адекватных представлений о том, что такое семья. Ведь у многих детей представление о семье либо искажено, либо вообще отсутствует. Так и идут по жизни с уверенностью, что родители, бьющие друг друга или того же ребенка в пьяном угаре – это нормально, проявление любви. Или наоборот живут с иллюзиями, что семья – это место, где все покупают, где получаешь все, что хочешь, полная свобода, никаких границ, каждый день проводишь в зоопарке или кино.

Но не только детей нужно готовить к устройству в семьи, в большей степени нужно готовить потенциальных родителей. Ведь многие считают, что они примут ребенка в семью, предоставят возможность начать все «с чистого листа», будут любить его «как своего», он начнет хорошо учиться, бросит курить и перестанет ругаться матом и т.п. Но ведь это невозможно. Этот ребенок – не «Tabula rasa», у него в прошлом была огромная боль, потери, ошибки, сиротские учреждения. Чтобы выжить в этих условиях, ему пришлось обрасти защитой, броней, надеяться на себя, не верить никому, именно так формировался его характер. Он не может и не должен соответствовать ничьим ожиданиям. Этих детей мало просто любить «как своих», за них нужно бороться и воевать. Иногда с ними же самими. Именно для того, чтобы потенциальные приемные родители это понимали, были организованы Школы Приемных Родителей.

- Что такое ШПР? Раскроете секрет?

Школа Приемных Родителей это программа обучения для тех, кто стоит на пороге этого важного решения – принять ребенка в свою семью. Когда мы говорим об обучении, многие представляют себе скучные лекции за разрисованными партами о том, как воспитывать детей. На самом деле занятия проводятся в формате тренинга. Кроме очевидного формирования реалистичного представления об особенностях детей-сирот и повышения воспитательных навыков потенциальных приемных родителей, задача ШПР в том, чтобы люди адекватно оценили себя и возможности своей семьи, а также собственную мотивацию. Очень важно, чтобы люди осознанно и зрело шли на этот шаг, а не в порыве жалости, посмотрев какую-нибудь социальную рекламу с голубоглазой светловолосой девчушкой, которая со слезами на глазах просит забрать ее в свою семью. Помимо этого в группе создается принимающая и поддерживающая среда единомышленников, болеющих идеей принять чужого ребенка в свою семью.

- А бывает ли такое, что люди приходят на ШПР, затем решают - нет, это не для меня?

- Конечно, бывает, что люди приходят к мысли, что в решении принять ребенка в свою семью, ими движут неосознанные мотивы, например, желание заменить умершего ребенка или заполнить свою внутреннюю пустоту и одиночество. И это хорошо, потому что лучше понять это сейчас, в этом нет ничего предосудительного. Я вообще рекомендовал бы проходить эту школу всем, кого не оставляет равнодушным эта тема, ведь это чудесный способ оценить свои силы и узнать больше об особенностях наших детей.

- Что происходит с детьми после выхода из Центра?

- Иногда ребенку не удается найти семью. Тогда по достижении 18 лет дети получают квартиру и начинают жить самостоятельно. Ну как…самостоятельно. Относительно.

- Родион Евгеньевич, спасибо за такую содержательную беседу и успехов Вам!

- Спасибо!

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить