Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 
У охотничьего хозяйства много всяких разных бед, об этом в РОГ и другой охотничьей периодике писалось много. Но редко затрагивалась проблема подготовки кадров для отрасли. Хотя эта отрасль не признана государством, тем не менее она существует и нуждается в квалифицированных кадрах. У меня достаточный педагогический стаж, читал лекции и вёл много разных дисциплин в МОПУ, МГУ, МНЭПУ, РГАЗУ. Больше всего в последнем, около 10 лет, поэтому имею право судить о состоянии образования и науки в охотоведческой среде.
 
В вузы поступают абитуриенты преимущественно после окончания школы и получения среднего образования. Но с какой подготовкой они приходят в вузы? Расскажу один казусный случай. В РГАЗУ я вёл дисциплину «география», и в начале курса решил узнать, что студенты знают в этой дисциплине? Задаю вопрос: как называется столица государства Гана? Молчание. А Марокко? А Венесуэлы? А Бразилии? Всё молчание. Ну, тогда полегче: столица Дании? Столица Франции? То же самое. Ну, а столицу России знаете? Только одна девушка с большим сомнением сказала: Москва, что ли?
 
 
Это политическая география, А в физической географии они вообще «ни в зуб ногой», они не знают моря, реки, равнины и горные хребты и т.д., то есть, то, что должны проходить в школе. Я уже не говорю о географических процессах, которые изучаются научной географией. Всё это последствия реформирования среднего образования, которое сейчас подстраивается под модели образования в западных странах. Нет контакта учеников с преподавателями, всё сводится к ЕГЭ, вопросы этих экзаменов можно просто зазубрить без всякого понимания. Какие же будут студенты вузов, если им приходится заново «проходить» школьную программу, на что уйдет немало времени. А советское образование всегда было намного лучше всякого западного.
 
В вузах тоже контакты студентов с преподавателями сводятся только к лекциям, практическим занятиям, если они есть, и зачетам-экзаменам. Почти все преподаватели вузов не руководят студенческими курсовыми и дипломные работами. Студенты уже привыкли к этому, и говорят руководителю, что они дадут работы «на проверку», и дают, как правило, в день защиты работ.
 
Министерство образования и науки РФ придумало так называемые образовательные стандарты. Это обширные перечни дисциплин, которые студенты обязаны освоить. Эти перечни перегружены совершенно ненужными дисциплинами, которые молодым специалистам никогда не понадобятся. Формализация образования никогда не приведет ни к чему хорошему. Не так давно В.В.Путин встречался с деятелями искусств в Санкт-Петербурге, многие из которых преподают в различных художественных школах. Они говорили, что нельзя сводить образование к стандартам, что готовить балерину нельзя так же, как слесаря. На что Путин, согласившись,  сказал, что нужно отходить от шаблонов. То же и в охотоведческом образовании. Охотоведение ‒ весьма специфическая наука, требующая глубоких и разносторонних охотоведческих знаний, при чём здесь пчеловодство и другие ненужные дисциплины?
 
Уже много лет в вузовское образование вводятся дистанционные методы обучения, по Интернету, электронной почте. Разве они могут заменить очное общение преподавателей со студентами? Преподавателям приходится писать полные тексты по дисциплинам, которые никогда не будут полными и не смогут заменить устной речи. Я всегда читал лекции без бумажки, иногда с перечнем тем, чтобы не нарушать последовательность в лекции. Зачем я буду писать тексты лекций, когда лучше написать книгу? Это было основной причиной, почему я прекратил преподавательскую деятельность.
 
Многие преподаватели вузов совмещают преподавание с научно-исследовательской деятельностью и с подготовкой аспирантов. У аспирантов тоже есть образовательные стандарты, переполненные лишними дисциплинами. На профильные науки у аспирантов остается мало времени. Вероятно, эти стандарты придумывают в Федеральном агентстве научных организаций (ФАНО). Это относительно недавнее чиновничье образование, возникшее после того, как руководители государства разделили единую науку на науки «перспективные» и «неперспективные». Но наука едина, и неизвестно, где произойдет очередной прорыв. Биологические науки отнесены к неперспективным, со скудным финансированием. Штат ФАНО набирали спешно, в основном из детей и родственников чиновников разного уровня, которые в науке ничего не понимают, но демонстрируют бурную симуляцию деятельности, загружая институты всякой лишней отчетностью. Совсем не понятно, зачем нужна эта лишняя надстройка. Всегда штабом науки была Академия наук, и нужно было ни ФАНО, ни научного направления в Министерстве образования. Академия наук руководит только «перспективными» институтами, и неплохо руководит.
 
Многие руководители аспирантских работ мало внимания уделяют своим подопечным. Как-то я был на ученом совете в одном биологическом НИИ, где шли годовые отчеты аспирантов. Ужаснулся от их докладов: часто нет логики, нет последовательности изложения материала, доклад произносится либо с неимоверной скоростью, что невозможно уловить мысли, либо речь переполнена лишними словами типа «да», «вот» и т.п., или лишними звуками: «э-э-э», «а-а-а» и пр. Я предложил отделу аспирантуры прочесть несколько лекций по неписаным правилам русского языка, которых больше, чем писаных. Отдел аспирантуры согласился, Но ФАНО запретило: нельзя выходить за рамки образовательных стандартов, ничего лишнего!
 
Научная квалификация преподавателей вузов, да и ученых, стремительно падает. «Мастодонты» охотоведческой науки ушли в мир иной, а они активно преподавали в вузах. Аспиранты-то будут стремиться защищать диссертации, повышать свой квалификационный уровень. А вот среди учёных и практических работников охотничьего хозяйства такого стремления не наблюдается. Во-первых, нет материального стимула: за ученую степень никаких надбавок к зарплате нет, все одинаковые, будь то кандидат наук или доктор, или человек без степени. Например, в советское время я получал 450 рублей, что на современные деньги было бы более 100000 рублей, а сейчас я получаю 12,5 тысяч, правда, чистыми. Во-вторых, Высшая аттестационная комиссия (ВАК) выстроила столько препятствий для соискателей ученой степени, что у разумных людей «опускаются руки». Нужно опубликовать в Интернете автореферат диссертации и письменные отзывы официальных оппонентов за 3 месяца до защиты кандидатской диссертации и за 6 месяцев ‒ для докторской. Кроме того, соискатель должен иметь не менее 3 научных статей в рецензируемых журналах по списку ВАК или монографий (для кандидатской) и не менее 5 ‒ для докторской. А в охотоведении есть только один журнал по списку ВАК ‒ «Вестник охотоведения», да и то, часто его исключают из списка ВАК. Кому нужны такие заботы?
 
Докторов охотоведов осталось очень мало. Очень трудно собрать докторов-специалистов в один диссертационный совет. Мне пришлось быть председателем докторского диссертационного совета в РГАЗУ в течение почти 8 лет. Приходилось собирать членов совета из разных кафедр: овцеводов, коневодов, картофелеводов и т.п. Некоторые из них даже считали охоту позорным убийством диких животных. Какая тут объективная оценка охотоведческих диссертаций. Кроме того, ВАК часто лишал совет права принимать диссертации к защите, потому что, по последнему положению ВАК, совет должен «пропускать» не менее 12 защит диссертаций в год. А где же найдёшь столько охотоведов, желающих защищать диссертации?
 
Совсем недавно меня уговаривали войти в состав диссертационного совета во ВНИИОЗ. Я с трудом согласился, но потом получил письмо от директора этого НИИ. Приведу цитату из этого письма. «Благодарю Вас, что Вы оперативно откликнулись на наше предложение войти в состав диссертационного совета, но к сожалению, вынужден сообщить, что решением ВАК Минобрнауки Ваша кандидатура не была утверждена в составе Совета из-за действующих в настоящее время требований к кандидатам в члены диссертационного совета, по причине отсутствия в последние годы научных публикаций в изданиях, индексируемых в международных цитатно-аналитических базах Web of Science и Scopus». Не знаю, какие индексы цитирования должны быть и откуда они берутся. У меня около 300 научных публикаций, в том числе монографии, статьи на иностранных языках, нахожу много ссылок на них. ВАК ввёл все эти сумасшествия после скандалов с плагиаторскими диссертациями. Теперь, обжегшись на молоке, дует на воду.
 
Возникает вопрос: откуда же взяться грамотным охотоведам? Уровень мышления современных охотоведов-практиков гораздо ниже, чем у охотоведов конца 20-х годов прошлого столетия. В охотоведении, как в капле воды, отражаются более общие проблемы и беды, которые, вероятно, существуют в других прикладных сферах деятельности.
 
Владимир Кузякин, доктор биологических наук, профессор, академик ПАНИ (Московское отделение)
 
 
 
 
Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить


feed-image RSS-лента